Август

Избито-багровы изгибы холмов

Застыли в коме.

Хрупкое эхо быстрых шагов

Вязнет в соломе.

Руки отравлены грязной землёй

До серого цвета.

В шрамы трава перебита стрельбой,

Лишённая лета.

Саднит под резиной разбитая бровь,

Противно, не больно.

Ползёт со штыка густо-липкая кровь,

Беззвучно, безвольно.

Разгневанный ветер срывается в стук

Разбитых часов.

Рождает чужое движение звук.

Закрой на засов

Ржавую дверь и подвинься поближе,

Стрелять не спеши.

Твари крадутся — я сердцем их вижу —

Тише дыши...

Ушедшему

Где ты, напарник? Назад не сумею вернуться —

Сломаны ноги в дикой лесной круговерти.

Мы столько раз уносили друг друга от смерти,

Но не сегодня. Заставлю себя оглянуться...

Нет, не ушёл он, разбитый дневным переходом.

Нет, он не предал, сбежав, разрываясь от страха:

Даже сейчас, в черном облаке легкого праха

Вижу, как сгинул он в "жарке" горячим разводом...

Гранит

Нет, не из глины я, не из песка —

Обломок темно-серого гранита —

Я памятник, застывшая тоска

По тем, кто не дошел до Монолита.

И нет на мне ни дат, ни скорбных слов —

Разводы от дождя и мха заплатки.

Не слышно плача матерей и вдов,

Лишь выстрелов пунктирные остатки.

Бывает, что задумчиво, рукой

Устало обопрется проходящий

Упрямый сталкер, и вздохнет с тоской,

Такой же, как и все они, пропащий.

Коснется память седины виска,

Как пуля — рикошетом от гранита.

Я памятник, застывшая тоска

По тем, кто не дошел до Монолита.

Контролёр

Ветер химерой голодной

Рвет невесомый туман.

Воля как будто свободна,

Только на деле — обман.

Топью болото мерцает.

Пальцы свело от курка —

Ствол очень долго сжимает

Будто чужая рука.

Вот бы обратно вернуться…

Или из фляги глоток…

Мысли дробятся и рвутся

Словно бумажный листок.

Прямо к измятому краю

Серых рассветных болот

Шагом корявым ступаю —

Там контролер меня ждет.

Ветер химерой голодной

Рвет невесомый туман.

Воля как будто свободна,

Только на деле обман.

Выброс

Стёрта

Красной наждачкой Выброса патина бытия:

Цели, надежды, желания, совесть и страх.

Спёртым

Трудным выдохом давится тело. И я

Прочь отступаю. Зоне подарок — мой прах.

Бликом

Сверкну по небритым лицам бродяг у костров,

Схроны свои их чутью и удаче вверяя.

Криком

Ветра свободы прощаюсь с друзьями, прощаю врагов,

В алых объятиях Выброса облик теряя.

Сталкеры времён

Несётся впереди отмычка Лето,

Цепляясь ремешками от сандалий

За паутину туч в обрывках света,

От солнечных усталых аномалий.

Я вижу, как ступает Осень рядом

Походкою неслышной, осторожной,

Сквозь сад, фонящий яблочным распадом

Румяных артефактов всевозможных.

Бросая листья, словно гаек вешки,

Шагает Осень за своим хабаром.

Под звоном поздней комариной плешки

Он ждёт её дождливым низким паром.

Мой сталкер Осень, буду за тобою,

Морозным вдохом вороньё пугая,

Идти тобой проверенной тропою,

Следы свои позёмкой засыпая.

Через забрало белой снежной маски

Кричу Весне, чтоб сильно не спешила —

Легко проткнёт её до яркой краски

В мешке метели спрятанное шило.

Зачем?

Что тебя снова зовёт за кордон?

Любопытство ли? Приступ жадности?

Адреналина голодный гон

Толкает в огонь опасности?

Или это такой суицид —

Сам с собой слабоват разобраться —

В надежде, что будешь кем-то убит,

За Периметр хочешь прорваться?

Тебе надоело на мягком спать?

Соблюдать морали условности —

Кому улыбаться, а с кем молчать?

Да к чёрту эти подробности.

Зоны отравленный сумрачный ад…

Выброса алое лето…

Сталкер, зачем ты вернулся назад?

Выстрел вместо ответа…